1.
Спорит сумраком, ветрами
Зима с днями весны ранней
И косыми льет дождями
И к дороге спешит дальней.

Ведь весна своим дыханьем
Топит уж давно снега
И, как женщина, лобзаньем
Гасит стужу, холода.

Она праздником весенним
Утверждается сама
И любовью, вдохновеньем
Покоряет мир она.

Сердце женщин с ней - подснежник,
Лишь подтаят холода,
К добру рвется, как волшебник,
Свершить чудо, сказать да.

Да, нежна я и ранима,
Да, слаба я и сильна,
Если же тобой хранима,
Я на век твоя судьба.

Во мне море чувств мятежных,
Мир покоя, тишины,
Мудрых мыслей и слов нежных,
Счастья дни со мной полны.

Обрати скорей внимание
На мой жизненный задор,
Полон будь ты понимания,
Мой мужчина - мой укор.

От меня всегда зависит
Твоя жизнь и твой покой,
Нас с тобой любовь возвысит,
Храм построив наш с тобой.

2.
Холод утру говорил, что давно к теплу остыл,
Горечь плакала, что гадко ей бывает, когда сладко.
Боль приятному твердила - только в боли твердость, сила,
Слабость, хитро улыбаясь, в немощь все лила, не каясь.

Хитрость, путаясь в сетях, нагоняла ужас в страх,
Страх, пытаясь убежать, стал во тьму других вгонять.
Тьма сгущалась и таилась и клубочком в грехе вилась,
Грех, пытаясь насладиться, стал в пороках темнить, злиться.

А вина винила правду, что с ней нет давно уж ладу.
Злоба капала слюной, ища выход, ход иной.
Только совесть не юлила и во всем себя винила
И не прячась говорила, что жизнь лишь ее учила.

Все имея, не ценила, вот с изнанки и заныла,
А хорошее давно всем известно, что скромно,
Оно с мудростью не спорит, оно мудрости лишь вторит,
Оно к старости твоей будет золота милей,

Потому, что старость хочет жить спокойно и хлопочет
Чтоб другим не навредить, в днях последних чистым быть.
Всяк находит оправданье, ждет прощения в назидание,
Только совесть - суд и честь, жизни нашей, грехов месть.

3.
Весна - не весна, зима - не зима,
То дождь, а то снег, день - чья то вина.
Капель бьет в стекло, февраль на дворе,
В подтеках окно, снег, лужи везде.

Белесый туман укрыл поле, лес
И туч караван прикрыл свод небес.
Вокруг тишина и ветер в снах спит,
Зимы седина, подтаяв шкварчит.

А завтра опять мороз, стужа, снег,
Захочет менять день платье на мех.
Тревога ль, покой в поре, не пойму,
День зимний со мной в весеннем плену.

4.
Человеческое слово, словно жидкая вода,
лишь прольешь ты каплю, снова рвется выплеснуть себя.
Хорошо, когда стрелою попадает точно в цель,
Но бывает, стороною проплывет, как будто тень.

Словом можно очень больно наказать или обидеть,
С резким - хватит, все, довольно, добра можно не увидеть.
Оно чистое ранимо, оно тонкое нежно,
И когда тобой хранимо, душе чувственной нужно.

Слово - зеркало, свобода, покой, радость и беда,
Ключ от запертого входа, мысли, где бурлят всегда.
От тебя зависит только, как ты им распорядишься,
Устоишь, где очень скользко, иль, упав, вдруг разозлишься.

И легко и не спесиво, оно доброе тепло,
Оно нежное красиво, с ним уютно и светло.
Зачата со словом Божьим и моя, твоя душа
И путем простым, возможным, она чистой быть должна.

5.
Не напрасно после стужи, после зимних холодов,
День то топит всюду лужи, то вмиг кроет коркой льдов,
То к теплу протянет руки, то все холодом зальет
А порою вдруг от скуки, на свод золота нальет.

То весна намеком тонким, переменчивостью чувств
Голосочком нежным, звонким бодрит праздником искусств
И в свой женский день, в прохладе, в ярких солнечных лучах,
Она жизни, счастья ради , льет любовь и жар в очах.

И тихонько, осторожно, будоражит мужской пол,
Зная, что признать, возможно, трудно силу женщин, мол,
И ласкаясь, и играя, то согрев, то оттолкнув,
Весна, холод замыкая, ждет признаний ,к дню прильнув.

Ну, а тот ей, в благодарность, в теплых, сладостных лучах,
В праздник дарит свою страстность с обожанием в очах.